Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

2

Интервью для forklog.com

Александр Шульгин: криптовалюты — это пионеры, которые умрут для счастья будущих поколений

Криптоиндустрия развивается бешеными темпами, и это уже ни для кого не секрет. Однако многие представители власти и сообщества часто не могут представить развитие событий в горизонте двух-трех лет, не говоря уже о десятилетиях. Именно поэтому журнал ForkLog обратился к известному композитору и уже не менее известному визионеру и венчурному инвестору Александру Шульгину, чтобы услышать его прогноз по поводу развития технологии блокчейн и криптовалют.

Отметим, что Александр давно занимается ведением своих прогнозов относительно трансформации геополитики, промышленности и социума. Большинство из них, хоть это и может показаться странным, сбылись. Что ж, повангуем о том, что ждет криптовалюты и технологию блокчейн в будущем! Слово Александру Шульгину.
ForkLog: Александр, здравствуйте! Для начала хотелось бы задать вам вопрос о регулировании. Как вы знаете, недавно в Японии криптовалюты признали законным способом оплаты, и там наблюдается резкий рост интереса к криптовалютам и блокчейну: открываются биржи, ритейлеры начинают принимать биткоин и так далее. Как вы думаете, почему Япония стала одной из первых стран, где это стало возможным?

Александр Шульгин: Хорошо, что вы спросили про Японию, потому что эта страна — очень яркий пример того, о чем я бы хотел поговорить — о моделях и перспективах. Япония — консервативная страна в области финансов и не только. Если кто-то из ваших читателей находились длительное время в Японии или имеют там бизнес, то они понимают, как устроена японская банковская система. Она закрытая и имеет очень большую денежную массу, но в то же время она варится как бы внутри себя. Эта система в какой-то степени уникальна, но в то же время после достижения пика японской экономики в 80-х она, когда пошла дефляция, стагнация и коррекция после лопания финансового пузыря, она замкнулась и действует совершенно по-другому, нежели американская или европейская экономика. Япония считается в какой-то мере очень консервативной страной, это же можно сказать и об устройстве общества, бизнес-подходов и так далее.

И вдруг эта консервативная страна идет на такой шаг первой. Удивительно, казалось бы, но для меня очевидно, что это эффект пружины или даже скорее бифуркация. Как, например, после нагрева воды до нужной температуры, она превращается в пар, или жесткий металл в определенный момент становится расплавленным, текучим. То есть происходит метаморфоза.

Не то чтобы в Японии сейчас повсеместно происходят какие-то метаморфозы, но некоторые шаги властей достаточно удивительны. Такое продвинутое решение, приближающее монетарную систему к метаморфозе, можно было бы ожидать от других стран. Хотя Япония — тоже продвинутая страна, если посмотреть назад с точки зрения ярких неожиданных решений, которые затрагивали и финансовую систему. Регулирование — регулированием, но если мы посмотрим на последние яркие повсеместно известные форматы, о которых знает масс-маркет, — это VHS/BETAMAX, DAT/MiniDisc , Blue-Ray/HD-DVD. Битвы всех этих форматов и стандартов происходили при самом непосредственном участии Японии и даже, возможно, были инициированы японскими дзайбацу и кэйрэцу — спарринг-партнеры в этих битвах как раз выходили из Японии в виде тестовых вариантов, а потом победившие стандарты были приняты во всем мире. Поэтому сейчас очень важно, что именно японцы пошли на такой шаг с новыми децентрализованными технологиями, потому что у них есть опыт пробы форматов и стандартов. Потому что до того, как пойдет реальное регулирование этих технологий, необходимый этап должен быть отработан в test fly большого масштаба.

FL: А что насчет развития блокчейна? Каким вы видите развитие этой технологии в ближайшие годы?

А. Ш.: Я считаю, что технология распределенного реестра находится сейчас в определенной стадии развития. Допустим, если сравнивать с развитием интернета, то можно сказать, что для него изначальным толчком был 1957 год, когда СССР запустил первый спутник, потом следующий эпохальный шаг 1966-1968 гг — это было создание Darpa или Arpa — название менялось, а потом этот проект сформировался как Arpanet. Очень интересно, что первая децентрализация была как раз в то время, потому что компьютер был таким одиноко стоящим девайсом (standalone), он был не сильно мощный в сравнении с сегодняшними мощностями, но он был такой большущий: нагревался, требовал охлаждения, и работать человеку на таком компьютере было сложно. Поэтому первое, что сделали, — соединили удаленно компьютер и рабочее место, то есть получилась сразу дистанционная вещь (remote), а потом сделали децентрализованное рабочее время, когда несколько рабочих станций могли по времени общаться, — это была первая децентрализация.

То есть в централизованной системе появилась уже первая децентрализация. Но пока делался Arpanet, также шла работа и над параллельными схожими технологическими продуктами: Telnet, Ethernet. Проходили десятки лет… Первый обмен текстовыми сообщениями, первые спамы появились еще в 70-х годах, шли тестирования, и потом вдруг появляется FC/IP, затем WWW в 1989-1992 годах и еще какие-то другие форматы, которые в начале 90-х становятся стандартом. И когда стандартизация прошла, началось регулирование. В период с конца 80-х до начала 90-х шла такая основополагающая стандартизация нового сектора экономики, а с ней — и первичное регулирование. При этом параллельно развивались и различные конкурирующие технологии, FidoNet, скажем, и прочие. Потому что не было понимания того, какая модель будет оптимальной и какую принять за стандарт.

Потом появились DNS, URL, гипертексты, http, html, которые на тот момент и стали стандартом, а до этого, повторюсь, были ведь и другие попытки, другие предложения, другие технологии.

При этом надо понимать, что стандартом становилось то, что ориентировочно появилось примерно в 1990-1992 годах, а ведь интернет-то зародился в 1957 году, то есть прошло практически 35 лет. Конечно, сейчас время убыстрилось, но нужно обратить внимание, что интернет в том виде, каким мы его знаем сейчас, и то, каким он был изначально, — это две большие разницы. Из тест-технологий выжили одна в каждом сегменте, но при этом стандартом стали не те, что появились первыми.

И только с момента этой стандартизации начали появляться первые продукты: появился первый браузер Mosaic, появились различные поисковики. И Google не был первым поисковиком, и iTunes не был первым магазином. Многие пионеры, которые были, они и остались пионерами, но лишь в истории. Они на то и пионеры, чтобы протаптывать дорогу, а следующее поколение успешно по ней шло. Это мы видим по современным историям: практически все большие гиганты были созданы около 2000 года, и только несколько гигантов остались с середины 90-х — из крупных на сегодня это, пожалуй, лишь eBay и Amazon.

И в России тоже нет ничего, созданного ранее 1998 года. Основные три-четыре компании 1998 года — это Mail, Ozon, Rambler. РБК тоже был объявился в 1998 году, хотя утверждается, что 1994 год положил начало его становлению, но реально выстрелил он в 1998 году — как раз в момент кризиса. Именно тогда все панически начали интересоваться курсом валют. А где его можно быстро узнать? Конечно, в интернете. И такой трафик шел, что РБК просто взорвался ростом. А все остальное было сделано уже после пузыря доткомов 2000 года, то есть после таких первопроходцев, как Demos, Glasnet, SoVam, чата «Кроватка» и так далее.

Я вижу в новом веянии, в новой технологии, в новом шаге расширения цифрового пространства то, что безусловно выведет существование человечества на новый уровень, и все это крайне нужно и полезно. Однако сейчас, в 2017 году, все, что мы видим, — это эра тех самых пионеров, которые для счастья будущих поколений отдадут свою жизнь.

FL: А биткоин вы тоже относите к этим пионерам?

А. Ш.: Если говорить о системе взаиморасчетов, то я специально ухожу от понятия криптовалюта, потому что это не является валютой, это является записями. Я уже говорил ранее и вам в том числе, что это была либо ошибка, либо специальный ход, когда этот процесс назвали “коинами” (монетами). Если бы назвали это paper, или еще лучше — записями, или регистром — это бы не раздражало ни центробанки, ни банки: вот тебе записи, вот тебе книга учета записей, условно говоря, расписка.

Но термин cryptocurrency (криптовалюта), последовавший как вытекающее продолжение из термина coin, сразу раздражает централизованные оси современного монетаризма — основы капитализма и управления. И все же — это не деньги в их прямом понимании и предназначении. Деньги — это две вещи: память и энергия, это энергопамять. Память, потому что мы помним, запоминаем: я тебе что-то сделал и ты мне что-то должен, но, допустим, сейчас ты не можешь заплатить, поэтому даешь мне некую расписку под обеспечение слитком золота или какой-то другой эквивалентной и гарантированной ценностью. И это энергия, потому что много энергии требуется для расчетов, чтобы пойти оплатить, доставить, взять — очень много энергии требуется косвенной, прямой, человеческой и нечеловеческой. Именно поэтому деньги — это энергопамять.

Соответственно, что такое cryptocurrency? Cryptocurrency — это записи и вытекающие отсюда действия типа учета таких записей. Поэтому, если мы сейчас возьмем альткоины или биткоин(в альткоины я и Еthereum запишу), то мой прогноз такой: из альткоинов, скорей всего, ничего не задержится. Биткоин — более устойчивая система, и я дал бы чуть меньше 50%, что он не выживет, но все-таки больше половины, что может выжить…

FL: В своем прошлом интервью для Forklog вы говорили о digital state — таких геополитических формированиях, которые будут действовать как экономические государства. Давайте вернемся к этой теме.

А. Ш.: Хорошо, я разовью свой предыдущий ответ о коинах, которые выживут, соединив с этим вопросом. Это естественно, на мой взгляд, что геополитическая децентрализация даст нам изменения государственного ландшафта. И я по-прежнему думаю, что мы увидим эти 6-7 digital state перед тем, как перейдем к крупной модели трех глобальных осей. Некоторые из них мы уже видим прекрасно. Это Китай со своим файерволом, Америка — British Commonwealth, Евразия начинает чуть-чуть консолидироваться в такую структуру. Над этим работает сейчас АСЕАН (Ассоциация государств Юго-Восточной Азии). Это почти миллиард человек, и год назад они уже создали единый экономический рынок. Скорее всего, одними из таких state будут Индия, Исламский Мир и, может быть, Испанидад (испанский мир). То есть, это примерно равные рынки 1-2 миллиарда людей — цифровых граждан. Вот они и смогут как-то существовать в новой парадигме экономики и социума.

Вероятно, в каждом из этих рынков будет своя децентрализованная система записей, свой стандарт реестров и всего, что с этим связано. Если мы посмотрим на эти возможные новые рынки — гиперплатформы цифровых государств, то здесь мы увидим дежавю: 30 лет назад была развита система медиа-коммуникации (а деньги — это тоже коммуникация), и в ней были такие системы, многие даже помнят эти названия: PAL, SECAM, SECAM II, NTSC, NTSC II, то есть было количество зон равных, скорее всего, зонам digital-экономики, о которых я говорю. Эти зоны были децентрализованные и крупные. Если ты приехал в зону NTSC, то твоя кассета или магнитофон там просто не работали, и наоборот, условно говоря, из Америки привозили какие-то кассеты и на европейских видеомагнитофонах они не играли. Или ты привозил японские телевизоры с NTSC и не ловили у нас SECAM.

То есть это были такие децентрализованные системы, и только в “Останкино” стоял официальный дешифратор. У кого в ТТЦ “Останкино” были знакомые, они иногда транскодировали фильмы, скажем, из NTSC в SECAM. Соответственно, мы это уже проходили. Ну а ежели мы проскочим этап шести-семи digital states, то придем к трем осевым экономикам. Два digital states — модель неустойчивая, а три — более устойчивая. Это будет British Commonwealth, это будет китайская система, в которую будут включены еще 40 стран, которые наметили мегапроектом «Один пояс и один путь». То есть будет разработана такая схема влияния, какой когда-то была советская система из 15 республик (вероятно также это был test flight ). Кроме этого, будет большая Евразия — от Португалии и до Японии — с какими-то дополнительными зонами вхождения в эту платформу (Израиль, к примеру).

FL: То есть Японию вы не рассматриваете как digital state?

А. Ш.: Одна Япония как рынок на 120-130 миллионов человек не выдержит, это очень маленький рынок, чтобы конкурировать с такими большими мамонтами. К Америке она не прибьется, потому что японцы уже сыты этой послевоенной привязкой, и у них жива память про Нагасаки, и, конечно же, они никогда не будут с Китаем. Это совершенно однозначно. Соответственно, соединение с Германией через Россию, условно говоря, — выбор более логичный.

Мы получим евразийский digital single market, китайский digital single market с его влиянием и еще будет British Commonwealth. Но я повторюсь, допускаю, что, возможно, будет до шести-семи таких больших states. И тогда каждый их них будет иметь свой формат записи и свое регулирование внутри этого формата как в свое время имели PAL, SECAM, NTSC, и тогда, возможно, блокчейн биткоина как сильно развитая структура станет основой для какой-то одной из платформ. А вот Ethereum вряд ли… все эти пионеры вряд ли станут основой чего-то серьезного. Хотя полученные пионерами патенты и ноу-хау будут весьма полезны для последователей.

FL: Может, Ethereum станет общей основой для e-governments? Какой-то обеспечительной платформой для государственных решений? Это же блокчейн 2.0., смарт-контракты как раз для этого подходят.

А. Ш.: А зачем? Когда это решится, а я думаю, что это произойдет до 2030 года, образуется большая платформа — и новая экономика сама сможет построить что-то новое. Потому что уже много людей будут знать особенности технологии, будет проведено много опытов, ошибки будут исправлены, да и шишки набиты.

В этой связи важно, что мы сейчас ждем связь пятого поколения, которая введется повсеместно где-то в 2022 году — она позволит как раз очень серьезно посмотреть на децентрализованную систему. Связь пятого поколения в любом случае будет мобильной — мы не будем привязаны шнуром к какому-то кабелю, — соответственно, она даст нам возможность по-другому посмотреть на все решения и технологически, и регуляторно. А ведь уже в 2025 запускается 6G . Поэтому я думаю, что когда дело дойдет до уровня государственных решений, какая-то из существующих компаний сможет соответствовать требованиям. Они просто могут взять и сделать с нуля, так же, как сделали у нас Yandex в 2000 году, хотя поисковики уже были в то время и как бы считались лидерами — та же AltaVista или наш Aport. Сейчас не проблема сделать новый поисковик, просто он не нужен, потому что технологии уже ушли, и есть всякие виртуальные помощники Siri, амазоновская Alexa, которые тебе тут же найдут информацию по любому запросу, который мы раньше направляли в поисковик. То есть мы вышли на другое понимание и решение проблемы.

Точно так же мы выйдем на другое понимание децентрализованной системы, и дальше мы уйдем от записей в книгу финансовых реестров, в умные контракты, и самое важное — мы уйдем в то, что будет в драйверной экономике, — в Интернет вещей. Он сейчас тоже находится в стадии пионеров, и не может никак существовать без пятого поколения связи и без децентрализации, привязанной к каждой вещи, которая могла бы работать в пятом поколении связи. А за Интернетом вещей в очереди стоят и Индустриальный интернет, и Энергия вещей, и Экономика вещей.

Соответственно, они не могут привязаться на децентрализованную систему блокчейна, потому что местные сервера и местный интернет вещей не позволит передавать этот трафик через узкие системы 4G. А вот через 5G — да. Тем более скоро появятся такие новые системы как LTE-U, LTE-I, которые будут работать на других стандартах, и, соответственно, технология, которая может привязаться на децентрализованную систему, тоже будет другая. Возможно, технология децентрализованных систем, язык программирования и какие-то другие стандарты тоже будут другими.

С появлением следующих поколений связи, я думаю, очень сильно изменится вообще все. Так же как был какой-то язык программирования в 90-е годы, а сейчас появляются другие — не можем же мы всю жизнь на html жить? Потому что очень многое, с чем мы сейчас живем, было придумано 30-40 лет назад. Мы хотим новый iPhone, но мы хотим и новый язык, и другие новые решения.

FL: Возвращаясь к вопросу о пионерах, вы оставляете какую-то перспективу для развития криптовалют? Когда начнется упадок?

А. Ш.: Я еще в самом начале 2009 года делал прогноз, что мы будем уходить в электронные деньги, и тогда я еще понятия не имел о биткоинах, о них я узнал годом позже. Я сказал, что это будут электронные деньги и они будут каким-то образом регионально объединены. Предчувствие какой-то единой валюты для каждого большого региона и в то же время электронной — было мной обозначено. Но там же было написано, что это все равно будет лишь промежуток до совсем безденежных отношений. Зачем нам нужны деньги, если нам позволяют вести учет записей? Представьте старую деревню в глуши, в которой люди жили 500-1000 лет назад, у них не было денег, но они прекрасно все знали: этот человек взял крынку молока, но обещал взамен принести картошки, кузнец что-то подковал тебе, за это надо пошить ему робу — то есть они жили при таком натуральном обмене. И все жили в достатке. Деньги появились тогда, когда разъединились либо семьи, либо появились какие-то новые территории и новые народы, и ты должен был вступать с ними в экономические отношения. Сейчас в объединяющемся мире деньги становятся не нужны. И система записей, то, что мы знаем как блокчейн-технологию, она позволяет все это наилучшим способом решить. Поэтому сами по себе деньги, какими бы они не были, бумажными, золотыми или крипто — все они будут не нужны.

FL: То есть вы говорите об экономике ценностей, а не денег. О записях, которые обладают определенной ценностью?

А. Ш: Да, это социализация. Наверное, здесь можно употребить такое более знакомое понятие, как бартерная экономика. Конечно, это не будет такой бартер, как на биржах понимается. Это будет экономика знаний, sharing economy. И если четко задаться вопросом, зачем тебе деньги, человек говорит: ну, чтобы есть и т.д. Но если эти вопросы базовые решены, то зачем тебе деньги? Поколение потребления проходит: скоро никому не будет нужна восьмая сумка Louis Vuitton и 15 пар лабутенов.

FL: Вы думаете, что эпоха потребления проходит?

А. Ш.: Конечно, посмотрите на молодых людей и на их лидеров. Цукерберг ходит в одной майке, грубо говоря. Он даже к Медведеву приехал на прием в том же костюме, в котором женился, потому что другого пиджака у него не было. Но ему же сказали, что к премьеру нужно обязательно в костюме. Ну, пошел, отыскал, надел.

Мой прогноз, что произойдет редистрибуция капиталов. И это уже, похоже, началось. Посмотрите на большой истеблишмент американский: посмотрите на Гейтса, на того же Цукерберга, посмотрите на Баффета. Они все раздали. И ряд наших олигархов куда-то в туже сторону подался… Все это неспроста. Как сказал Маршалл Маклюэн, мир становится большой деревней. Вот если ты живешь в дружной деревне, то зачем тебе деньги, когда у тебя все есть. Ты получишь больше счастья, если твои базовые задачи решены, страхи сняты. Именно тогда у тебя появляется больше времени для счастья. Технологии идут именно к этому, они освобождают.

FL: Подытоживая ваши слова, можно сказать, что криптовалюты и цифровые ценности способствуют тому, чтобы мир объединился в единое целое финансовое пространство?

А. Ш.: Помните....

Читать далее оригинал здесь

2

В продолжение темы: Современные функции государства будут представлены в ином формате


Александр Шульгин: современные функции государства будут представлены в ином формате
 Развитие современных технологий оказывает и будет оказывать все большее влияние на развитие экономики и общества. О том, как эти процессы в самое ближайшее время отразятся на отрасли коммуникаций мы поговорили с  визионером, инвестором и композитором Александром Шульгиным.

GRN: Добрый день, Александр! В своих выступлениях вы неоднократно говорили о том, что роботизация, децентрализация и софтверизация вытеснит в ближайшем будущем до 80 % рабочих мест. На ваш взгляд, коснется ли это специалистов, работающих в сфере коммуникаций — GR и PR специалистов, и если да, то в каком контексте? А.Ш.: Ваш вопрос касается Прогресса. А Прогресс еще никому не удавалось остановить. Это естественное течение жизни. Яркая составляющая часть актуальной стадии прогресса — это роботизация, софтверизация и автоматизация. Мы уже сейчас видим, что эти явления частично состоялись во многих секторах: почта, логистика, контент, коммуникация. А сейчас это начинает касаться уже более серьёзных производств, включая промышленное производство ну и, конечно,  практически всех видов сервисного обслуживания. Это также олицетворяет новый этап промышленной революции, которую называют Индустрия 4.0, в Европе, Германии, или «Интернет +»в Китае , или Шестой техноуклад у нас. Но не столь важно, каким термином оперировать, суть едина — повсеместная автоматизация . В той же Германии по плану (дорожной  карте) развития Индустрии 4.0 к 2030 году машины должны заменить все рабочие места. Взять, скажем, такой достаточно расхожий термин как уберизация (от компании Uber). Уберизация — среднее между существующим сегодня состоянием   автоматизации, создаваемой децентрализацией  и уже полной автоматизацией. С компанией работают водители, но не в штате: автоматизировано  и распределено. Планы той же компании Uber — машины без водителя пока являются далекими, но сервисы таксопарков уже ушли в небытие: Uber их заменил автоматизацией процесса поиска заказа и оплаты . GR и PR является сервисом, в первую очередь, B2B. Может ли машина заменить этот сервис? И да и нет. Не значит, что не может заменить. В существующей парадигме «запутанных коридоров власти», скорее всего, нет, так как это связано с внутренними договоренностями, понятийными отношениями и тд. Сегодня решения GR и PR зачастую непрозрачные. Машина вряд ли сможет заменить и принять верное решение в условиях существующей парадигмы. Соответственно, в современных условиях возможна лишь их частичная замена. Но парадигма, безусловно, будет меняться.

GRN: На ваш взгляд, какими ключевыми навыками должен обладать специалист по коммуникациям в будущем с учетом развития блокчейн-технологий?
А.Ш.: Давайте так: я Вам не скажу, какими навыками будет обладать специалист. Я думаю, что в ближайшее время все будет автоматизировано, соответственно, такая профессия устареет. Но, допустим, что определенная востребованность в таких услугах пока ещё будет. Соответственно, чем будет заниматься специалист, пока технологии недостаточно развились — думаю всем, что на данный момент не сможет делать машина. Это раз. Два, все тем, что относится к непрозрачности. Существующий в настоящее время электронный интеллект уже обладает лучшими способностями, чем средний специалист в отрасли, скажем, по некоторым показателям. Например, по скорости и качеству поиска тех же нормативных документов, искусственный интеллект ушел далеко вперед. Но все, что касается непрозрачности пока не заменяемо.

GRN: Расскажите подробнее о технологии we-government. Как она будет реализовываться во всемирном и национальном масштабе?
А.Ш.: Смотрите, она будет реализовываться, хотя уже частично реализовалась. Вначале развивали технологию e-Government (электронное правительство), переводили все в электронный документооборот и добивались максимальной прозрачности. Пример правительства Эстонии нагляден. Но необходимо поговорить о модели Государства как такового. Существующая модель управления обществом, которая называлась государством и существовала несколько столетий, деформировалась, готова к преобразованиям, так как уже не полностью представляет наши интересы как граждан. Как работает сейчас эта модель? Скажем, есть маленький населенный пункт. Жители делегируют определенные права, посылает представителя (парламентария) в центр принятия решений. Он доносит до остальных парламентариев, органов управления требования и чаяния жителей, отстаивает их интересы. Потом доносит решение до жителей населенного пункта. А сейчас это зачем? Это было нужно, полезно и востребовано в свое время, когда не было ни электричества, ни скоростных магистралей, и тогда одному человеку нужно было что-то отстаивать. Сейчас мы можем выбрать все, что нам нужно, проголосовать спокойно, в режиме онлайн принять те или иные решения. Машина может все просчитать. Технологии deep learning, big data развиваются вовсю и понять необходимость осуществление тех или иных инфраструктурных или социальных проектов в этом населённом пункте не составляет труда и без делегата/депутата. Как вот обьяснить сегодня 15-летнему зачем ему нужен депутат, когда он не понимает, кто это такой. Мы можем голосовать, выбирать сами и нам не нужны посредники, не заботящиеся или заботящиеся о наших интересах. В технологии we goverment все уже к этому готово, и в этом плане важна последняя технология — блокчейн, защищающая от махинаций и гарантирующая прозрачность и защищенность. Когда эти технологии заработают, мы можем спокойно проводить свои решения, быть солидарно ответственными, понимать кто за, и кто против.

GRN: Как изменится роль и функции национальных государственных регуляторов (Центробанк, ФРС, министерства и ведомства) в условиях развития блокчейн-технологий?
А.Ш.: Думаю, что регуляторы являются в ближайшем будущем также не нужными посредниками. На сегодняшний день в них существует небольшая потребность, но это в массе своей уже симулякры. Спросите опять-таки молодых людей в возрасте 15 лет, зачем нужны визы в страны и зачем существуют Центральные Банки? В электронном виде все легко сделать. А государство зачем нужно? Ответят: чтобы защищало. Но защищать в будущем будут частные армии. Уже сегодня везде в горячих точках в 70% случаев воюют частные армии. И это обходится дешевле, чем содержать военных призывников, юнцов, которые разбегутся в случае войны. Да и войну сейчас «пушечным мясом» не выиграть. Выиграют опять-таки технологии. И те бескровные, ибо время кровавых войн ушло. И надо нам стараться, чтобы время войн вообще прошло. А это и не выгодно «уходящему Государству». Соответсвенно, и тут старая модель неэффективна. Поэтому, современные функции государства будут представлены в ином формате.

GRN: Вы сделали прогноз: в ближайшее 15-20 лет могут появиться не более семи цифровых государств “digital state” (“digital community”). Как будет устроена система управления в этих новообразованиях? И в какое из них может войти Россия?
А.Ш.: Не позже 2035 г. сформируется 7 государств вместо 250. Это будут 6-7 государств (Соmmunity), которые будут объединены на цифровой основе, на основе собственных цифровых платформ и общих ценностей. Это будут кластеры семи ведущих цифровых экономик К примеру, одно из современных цифровых государств это То, что создадут внутри китайского Firerwall — китайского интернета, который объединяет китайцев не только в Китае, но и за его пределами. Точно также, как гражданин России уезжает на месяц в отпуск и продолжает пользоваться Яндексом, сервисами mail.ru, читает наши новости, общается в российских социальных сетях. Когда китаец ездит по миру, то он остается гражданином своего цифрового государства, то есть, он пользуется Baidu, мессенджером WECHAT и другими китайскими сервисами. Представить китайца, использующего Facebook или Twitter почти невозможно: он является гражданином своего цифрового community. В этом смысле прошлое было связано с офлайном — есть земля, огороженная колючей проволокой, граница. Здесь неважно, где находится твое тело, главное, насколько ты включен в это цифровое пространство, где ты ментально находишься, где ты работаешь. Уже сейчас более 7% мирового ВВП формируется за счет цифрового пространства. В 2030 г. согласно прогнозам Всемирного Банка, примерно 50% мирового ВВП будет производиться в цифровой среде. Это большая цифра. Если не брать в расчёт, что питаться мы будем все же в офлайн, и оставшееся половина экономики будет связана, к примеру, с едой и здоровьем, а вот вторая половина всей экономики будет уже в цифровой среде. Поэтому и будут важны цифровые платформы, вокруг которых будут объединяться государства. Почему объединятся? Потому, что ничего другого не остается. В настоящее время существуют две относительно сформировавшиеся цифровые платформы: British Commonwealth, примерно 60-80 государств и около 1 млрд людей, которые ментально разделяют англосаксонские ценности. Sinafon — китайская платформа, порядка 1,8 млрд чел.. Исламский мир разбросан, но единое цифровое пространство будет для него необходимо, учитывая культурную общность. Также 1,8 млрд. Индия (по разным оценкам от 1,5 млрд чел.) пока не определилась, но вопрос состоит в том, будут ли индусы в Великобритании использовать английскую платформу или свою платформу Hispanidad — это около 50 млн. Россия также строит свою цифровую платформу как основу евразийской community от Японии до Германии. Речь идет, прежде всего, о защите рынка. Если ты не будешь этого делать, то рынок «заберут» обладатели платформ. Такие маленькие государства, как, например, Япония (125 млн. чел.), самостоятельную платформу не сделает, поскольку ёмкости рынка недостаточно для того, чтобы заняться платформами, поэтому им нужно будет выбирать платформу к которой придется присоединиться. Скорее всего, Россия будет объединяться в платформу вместе с Европой. С 2014 г. в Европейском Союзе был запущен проект Digital Single Market. Не уверен, что этот проект будет успешно реализован, так как слишком много противоречий и нет общих ценностей. Какие могут быть общие ценности между финном и албанцем? Поэтому часть Европы скорее всего примкнет к Евро-Азиатской платформе, основой которой станет Евразийское Содружество, которое мы делаем. Хотел бы, чтобы Корея тоже там была, но не уверен. Корея, возможно,  присоединится  к Китаю или все же будет частью Евразийской платформы. В этом плане единое пространство от Владивостока до Лиссабона имеет место быть, но, если рассмотреть более четко, скорее всего, будет мост от Токио до Берлина, мы видим Япония- Германия в центре, а слева-справа будет Россия и часть сообщества разных государств. Это не значит, что страны войдут в цифровые сообщества целиком. Скажем, Узбекистан может частично примкнуть к нам, а частично к мусульманскому миру. Так и в Германии, часть к англо-саксонскому блоку, турки ментально к мусульманскому, а часть в евразийскую. Управление будет цифровое, потому что существующая система подразумевает коррупцию и недоверие людей. Россия сейчас строит свою платформу, свою операционную систему, свои чипсеты, самые большие в мире. Пока не очень, конечно, получается. Тем не менее, мы строим, и мы этого добьемся. Глобальные процессы прямо указывают на генезис новых форм community. Такие процессы, как, скажем, выборы в США, некоторые называют изоляционизмом (построением и защитой своего рынка, ограждением своего рынка от тех, кто точно не будет в составе твоего community) я называл бы защитой своего рынка, которое и будет являться фундаментом для новых форм образований. Это будет активно продолжаться. Мы будем чувствовать, как перемены витают в воздухе через раздробление, разделение, существующих форм через выборы в Германии, Франции, Италии. Мы будем свидетелями геополитической трансформации. Ибо время пришло.


взято на gr-news.ru
2

«Сбербанк и ему подобные не смогут долго сдерживать взрыв» — Александр Шульгин

Почему один из крупнейших венчурных инвесторов России убежден в уже наступившей гибели капитализма, чем нам всем незаметно помогает Сбербанк, и каким будет бизнес уже через 15-20 лет. Эксклюзив DK.RU
 ​
Один из крупнейших венчурных инвесторов России и член экспертного совета при правительстве РФ по направлениям «промышленный интернет, IT, инновации» Александр Шульгин выступил в Екатеринбурге в рамках проекта «Кинохакатон», организованного Свердловской киностудией. Он представил свое видение тенденций в глобальной экономике.
По мнению г-на Шульгина, в мире происходит стремительная трансформация прежних укладов — экономического и политического. Формируются новые цифровые экономики, близкие по своим границам и свойствам скорее к цивилизациям: китайская, англо-саксонская, испаноязычная и другие. Вместе с тем на смену классическому государству приходит государство цифровое, без четких границ, но со своими требованиями к гражданам и к бизнесу. И на этом сломе главной жертвой становится «старый добрый капитализм».
Посетовав в разговоре с журналистом DK.RU на слабый интерес свердловских властей к очевидным трендам, г-н Шульгин рассказал, на чем, по его мнению, надо сделать акцент бизнесу в эпоху «после капитализма».
Прогнозируемые вами изменения в экономике создают массу социальных рисков и подрывают основу привычного нам государства с его законами, границами. Стоит ли ожидать, что классическое государство будет сопротивляться наступлению «нового мира»?
— И да, и нет. Если мы посмотрим, как, скажем, те же государства Европы тормозят пресловутую «уберизацию», то вектор будет виден. Возьмем в качестве примера сектор таксопарков Германии: привычная модель, когда таксисты неспешным живым потоком получают заказы и так же их исполняют, ограничивает конкуренцию, но дает каждому заработать за счет высокой стоимости одного заказа. К тому же там работает целая модель: «Мерседес» выпускает авто под такси, работают страховые, лизинговые компании масса структур и людей задействована в этом секторе. Цифровая экономика упрощает связь между любым водителем и потенциальным пассажиром и уничтожает эту модель, убирает посредников. А учтите, что это производство и обслуживание машин, офисы, автопарки, их сотрудники, это финансовые услуги, связанные с кредитованием и лизингом. Еще это компании, производящие комплектующие, добывающие, перерабатывающие и торгующие топливом, и сами таксисты, наконец.
Государство говорит, что заботится о целых рынках, о спасении рабочих мест. «Убер» может обслужить быстрее и дешевле, ибо нет множества посредников и надстроек, но что тогда делать с этими «экономическими надстройками»? Когда на одного водителя сверху — целая армия «белых воротничков». И все они получают свою долю с оплаты нашей поездки водителю такси.

Сейчас, когда есть альтернатива, люди уже не хотят кормить столько нахлебников. Это классическая ситуация: верхи не могут, а низы не хотят.

В нашей стране еще в 2011 г. Сбербанк готов был сократить 280 тыс. человек, потому что программное обеспечение уже в то время позволяло отменить существенное количество рабочих мест. Но, сократив такую массу людей, мы создаем колоссальное давление на рынок труда и смежные отрасли, серьезно пострадают множество косвенно связанных рынков (например, аренды и обслуживания офисов). Это сотни тысяч дополнительных безработных к тем вышеуказанным, кого мог бы сократить банк. Налицо социальный взрыв, который нужно сгладить, и в результате Сбербанк растягивает эти сокращения на годы и годы, чтобы они не так быстро меняли традиционную экономику.
То есть классическое государство защищает нас от быстрого наступления того будущего, к которому часть общества не готова, сглаживая острые углы, позволяя целым рынкам, а значит, определенному бизнесу работать пока по-старому. Это же хорошо!
— А кто говорит, что это плохо? Нам, конечно, не нужна вторая шоковая терапия, которая в 1992-1993 гг. показала, какие последствия могут быть при резком наступлении новой экономической реальности для неподготовленного общества. Важно помнить, что все эти изменения неизбежны, и они произойдут не когда-то в далеком будущем и займут не 50-100 лет, а гораздо раньше. Да, в короткой перспективе можно сдерживать, смягчать движение прогресса, но в средней и долгой перспективе это нереально.
У меня перед глазами живой пример отрасли, в которой я сам работал, и в которой за 25 лет произошла не просто революция, а суперреволюция. Это хороший пример, так как понятен многим людям. В 1980-е в городе Апрелевке в Подмосковье на весь СССР работал завод по производству грампластинок. В этой индустрии, в этом секторе экономики, вместе с жителями моногорода трудились порядка 700 тыс. человек по всей стране. Это производство необходимых материалов, масса для литья грампластинок, доставка и хранение, производство самых грампластинок, хранение, доставка и распространение... Были розничные специализированные магазины и секции во многих городах. В 1990-е индустрия перешла на новые технологии, появились компакт-диски, и производство и обслуживание стало требовать порядка 150 тыс. человек. А спустя еще 10 лет появились технологии беспроводной передачи данных, и они стали частью быта пользователей. Теперь вся индустрия в России это несколько сотен человек с совсем ничтожными поступлениями в бюджет нашей страны.
Вы приводите примеры изменений цифровых секторов экономики, работающих на жителей больших городов. Но не все граждане живут в мегаполисах. Нельзя ожидать, что «уберизация» придет ко всем так же, как к обитателям крупнейших центров.
— Во-первых, сейчас говорить о мегаполисах в применении к недалекому будущему уже не совсем актуально. Есть очевидная тенденция к созданию гиперполисов и стиранию границ города и окрестностей вокруг создаваемой гиперагломерации. Современный Шанхай — ярчайший тому пример. Так что если вам кажется, что есть большой город и остальное — зря, города сейчас быстро расширяются и создают единое пространство, и доля населения в них растет стремительно. В нашей стране это пример появления Новой Москвы как мега-проекта гиперполиса.
А, во-вторых, очень важно понять, что те самые люди из поселков и деревень, находящиеся в данный момент в предыдущем технологическом укладе, как раз куда проще перейдут на новые рельсы, потому что «новая экономика» будет для них более адаптивна, нежели для консервативного общества текущего уклада.
Хорошо помню, как будучи на одном из удаленных островов Индонезии, которую, кстати, сейчас прочат по темпам роста в ТОП-5 мировых экономик, я беседовал с рыбаками из небольшого поселка. Их образ жизни совершенно не связан с тем, что мы называем современным государством. Вернее, с двусторонними отношениями гражданин-государство-гражданин. У них нет пенсий, нет государственной инфраструктуры, нет господдержки. Они спокойно переживут трансформации и государства, и капиталистического общества. И их дети куда легче «перешагнут» сразу в новой уклад.
Точно так же как, например, 15 лет назад в Китае перешагнули через один технологический этап и не стали из лачуг делать аналоги наших «хрущевок», а сразу заложили современные дома, новые сети и т.д. В России таких людей тоже очень и очень много, тех, кто не ощущает устойчивую связь с государством. Эта относительная легкость трансформации — важное свойство emerging markets (развивающихся рынков).
«Старым» Парижу или Мюнхену сложнее будет адаптироваться к новой экономике, чем Бангалору или Джакарте.
Европейская цивилизация консервативна, живет в огромном музее, и на реконструкцию этого музея никто добровольно не решится. А если вдруг решится, представляете, сколько десятков лет на это уйдет?
Им очень трудно принять тот факт, что навсегда уходит та же монетарная система, уходит культ надбавленной стоимости и процентного займа, уходит сам по себе капитализм, как отжившая модель. Да что там, он уже как система не участвует в целом ряде инновационных экономических моделей.
Разговоры о «смерти капитализма» в нашей реальности кажутся утопией. Ведь предприниматели адаптируются к новым технологиям, используют все эти социальные и экономические новации, чтобы обогатиться. Чем эта новая экономика принципиально отличается от капитализма?
— Наступает принципиально иная культура потребления. И на этом фоне капитализму некуда больше расти, расширяться, нечего захватывать. Капитализм — это экспансия, постоянный рост и завоевание. Без новых территорий и новых рынков он умирает. В этом плане развал СССР и «восточного блока» стал вторым дыханием, скажем, для экономики той же Германии в конце XX века. Теперь такие потенциалы практически исчерпаны.
Но новые рынки все равно возникают. Просто мы создаем их на стыке старых.
— Верно, но эти «новые рынки» развиваются на основе иной модели, где капиталистическая модель начинает уступать более социальной модели. Цифровой мир — это «глобальная деревня», как называл цифровую среду Маршалл Маклюэн. А мы же помним, что в деревне никакого капитализма не было и не могло быть. До человека, который живет на другом континенте, теперь с помощью интернета рукой подать, и на первое место вновь выходит бартер, прямой обмен ресурсами, прямой обмен возможностями, энергией. Кооперация потребителей и максимальное внедрение натурального обмена, со-трудничество, со-творчество, со-владение и со-пользование — все это заменяет старые бизнес-модели, построенные на добавленной стоимости.
Технология блокчейн, основа которой — прозрачность, безопасность, доверие и децентрализация это как раз новая платформа для будущей инфраструктуры бизнеса.
И новые предприниматели, работающей с ней, будут отличаться от старых значительно, примерно как современный банкир отличается от венецианского менялы XVI века. Или старый почтовый участок — от онлайн-мессенджера.
Очень красивая картина, но создается впечатление, что все это не понимают и не видят лица, принимающие решения в нашей стране. Они не готовы стать лидерами этого процесса.
— Мне кажется, работа нынешних руководителей — готовить почву для изменений. Сейчас не время для ярких лидеров. Их время придет. Но это будут не такие мега-лидеры, как великие завоеватели прошлого, это будут лидеры в своих малых сообществах внутри «большой деревни».
Как в своих группах в соцсетях, так будут они в своих дворах, поселениях и кварталах. В конечном итоге, мы возвращаемся к вполне природному равновесию в больших циклах. Ведь как весна или осень наступают не потому, что какие-то лидеры решили, что так будет, так и новая экономика наступит просто потому, что просто пришло ее время.
2

Будущий образ капитализации победы сказок !

После того , как спала волна ёрничества по назначению нового главы Администрации Президента Антона Вайно , вернее в  первую очередь ёрничества относительно книг\статей "Образ Победы" и "Капитализация Будущего" где со-автором числится новый глава АП  , давайте посмотрим более серьезно на  собственно сам труд(ы) автора\соавторов
Итак, предлагаю три основных составляющих определённой уникальности этой работы в наше время

Image result for life's a game
Игра
Самое важное,по моему мнению, в этих работах это то, что понятие игры введено как модель взаимоотношений государственного и межгосударственного уровня и о Политике , Бизнесе и очевидно и Жизни   предлагается говорить как  об Игре
Модель - Жизнедеятельность как Игра , не нова.  Знаменитое пушкинское  " Что наша Жизнь? Игра!" также процитирована там . Но ведь читать о таком подходе в серьезной работе авторов занимающих серьезной положение ,это иное . И в этом можно искать смысл такого  "пасса" или "пассажа" в Игре, в которую играют как минимум все со-авторы работы
Спорит и дискутировать на эту тему не стоит ,ибо разумеется всё Игра
Разве вообще наш Мир создан не как элемент Игры ?
Бог вседовольный произвел твари из небытия в бытие не потому, чтобы в чем-либо имел нужду: но чтоб они, соответственно приемлемости своей, причащаясь Его блаженства, наслаждались; Сам же Он веселился о делах Своих, видя их..(Максим Исповедник. “Главы о любви”, сотница 3:46)

А не прообраз ли всех игр треугольник Адам,Ева и Змей? Создателем Игры были очерчены правила, и кто их нарушает-лузер. Далее конечно ,есть возможность проходить уровни и накапливать токены\бонусы\коины , ну или выбывать  из игры насовсем. Был и апдейт игры - Потоп. У Создателя сейчас идет Седьмой День- выходной . Игры и развлечения в созданной Им Игре. Но и нас то он создал всех по Образу и Подобию. А значит и мы должны соответствуя первоначально заложенной задаче, играть и быть игранными
Что мы собственно и делаем ,как минимум в первой декаде своей жизни. Будучи детьми ,мы все свое время играем- машинки, солдатики, куклы, прятки, войнушки, футболы итд итп . Ошибка наша в том,что мы достигнув какого то возраста,вдруг, зачастую под нажимом общества и старших, прекращаем игру и останавливаемся...." Хватит, это тебе не игрушки!"- серьезно говорят родители. "Пора быть серьезным , игры закончились!"- вторят все  взрослые вокруг подросшего ребенка. И ребенок начинает жить неестественно омертвлённой жизнью. От создания семьи, выхода на работу, появления детей и далее до  своей кончины. Серьезной такой выпотрошенной жизнью, ири первой же возможности  с радостью сбегая во двор  играть  в домино с коллегами по несчастью, в то время как жена включает бразильские сериалы и смотрит "игру в любовь" по телику. Отринув от первоначально данных нам основ . А зря.
Вон, сейчас то уже все говорят о том,что скорее всего наш Мир -это большая многопользовательская Игра , расходятся лишь в том, что кто то считает что это Видео Игра созданная Богом ,  а кто то ,что это либо игра созданная сверх-цивилизацией или   игра-матрица создана пришельцами-внеземной цивилизацией . Как версия,что наш Мир это игра созданная нами же самими в будущем, "Мы уже в игре " - вторит Элон Маск


Пространство-Время- Жизнь .
Image result for пространство время

Игра- это стык Пространство-Времени-Жизни . Здесь конечно наше воображение может прогуляться от всеми знакомой по школе Общей  теории относительности Эйнштейна и черехмерного пространства, до десятимерного, Теории суперструн и Теории мембранной вселенной . Ибо суть в том, что в момент искривления Пространстве-Времени происходят удивительные вещи при искривленных  обстоятельствах, не доступные  для тех "кто не в танке" и выигрышные для тех кто " в танке" и особенно для тех кто хорошо этими обстоятельствами сумел воспользоваться . Вобщем это как на автогонках , на кривой,на повороте всегда есть шанс вырваться вперед,если ты верно вписался в этот поворот ( но опять таки,ежели не верно вписался.то , просим пожаловать под откос) . В момент искривления пространства ,меняется скорость и соответственно жизнь и обстоятельства. Это предлагается называть Капитализацией (очевидно,  что это введённый соавторами игровой термин)

#Space: picture yourself our #Universe in 10 #dimensions► http://t.co/kcO1mbTQhs via @UniverseToday http://t.co/6CMgzevsXv
Сказка

Именно эта составляющая мне весьма близка,ибо в ней есть то,о чём  я думал неоднократно и что вылилось в мою музыку SKAZKA . А ведь сами авторы утверждают в работах,что музыка важна для понимания их теории  . Да и Эйнштейн подтвердил это ,сказав "
Настоящая наука и настоящая музыка требуют однородного мыслительного процесса"
  Авторы на примере сказки о " Садко" попробовали пояснить ,насколько велика роль интеллектуальной собственности


Итоговая модель такова

Отнесемся к развитию России в мире,как к Игре, сконцентрировавшись на интеллектуальной собственности(патентах) в момент искривления Пространство-Время , сможем вырваться вперед


Я рад такому подходу !

Теперь чуть критики:
-Кончено надо не забывать ,что такая Игра крайне жестока и беспощадна.
- Выведенный суперкласс - игроки дошедшие до высоких уровней и накопившие много "няшек" и управляющие массами . Ну это все описано ранее Густавом Лебоном в его" Психологии народов и масс " и доказано на управлении массами в играх,будь то спортивные или массовые многопользовательские игры или  игры микс реалити, такие как PokemonGo
- Если в соавторах Антон Кобяков ,а он в частности, руководитель  Питерского Экономического Форума и Росконгресса ,то отчего на этих мероприятиях практически  ничего нет даже похожего на то,о чем писалось в этих работах, и не уделяется почти совсем внимания интеллектуальной собственности,ее развитию ?
- В работе очень много кургиняновщины,от терминологии до схожести в рисунках,которые всегда любит рисовать,во время бесед Кургинян. Может это и ответ на вопрос ,отчего скажем на ПЭФ и в АП ничего и близкого к заявленному в книге  не происходит. А может потому ,что авторы понимают,что ведь государева служба то,это явь, а в книге то,это ведь  про игру и сказку, хоть и пятого уровня одиннадцатого  измерения .


Image result for игра и сказки


UPD

Они там видимо мой пост прочитали)))

http://www.rbc.ru/rbcfreenews/57d190779a79473cb1455254?from=main

2

Aplle vs FBI . Делать верные выводы .

Кейс конечно уникальный
htp://appleinsider.ru/sudy-i-skandaly/apple-protiv-fbr-novyj-povorot-v-mirovom-dele.html

Частная компания противостоит и спецслужбам и Суду (судебному решению) и собственно Государству ( в данном случае Государству США)  \
Компания показывает ,что она независима от Государства, как минимуму паралелльна Государствам  . Компания имеет  свои внутрение  Законы, оберегающие "своих граждан" ( юзеров экосистемы присягнувших на верность )

Это более чем вкписыватся в мой Прогноз о 6-7 Государств ( Digital States )

http://blog.shulgin.com/blog.post.comment/1626/

PS Гоусударство Aplle имеет свою закрытыю экосистему с населением в более миллиард пользователей , капитализация 600 млрд долларов, что более чем ВВП 70% всех Государств  в мире

2

Россия+Израиль. К прогнозам 2010-2020.

Давно я не возвращался к своим Прогонам 2010-2020 , так как пока все идет по плану ( ровно как и по плану движется гораздо менее важный и менее краткосрочный прогноз  ,  с небольшим уточнением все же,что возможно продление падение и консолидации , при том точки основные сохраняются . Для меня важнее всего было понять что даты Постов завязаны на движения, пока все так, так что ждем результаты краткосрочных прогнозов ужу в сентябре ) .
Но итак,к сами теперь Прогнозам 2010-2020
Мало кто заметил , а отметить никто не отметил  оно из важнейших событий ,которое формально и явно выглядело не столь значимо,но те глыбы подводные ,которые это событие начало двигать ( или вернее "ознАчило" такое движение) колоссальны .
Я говорю про диалог  Проханов -Лайтман состоявшийся в виде телемоста недели три назад ( прочитать можно здесь )
Наверное не надо представлять Александра Проханова, писателя, главного редактора газеты "Завтра" , фигуры вокруг которого  сплотилось реальное патриотическое сообщество, фигура являющееся для большинства,  настоящим радетелем Родины.
Ровно как и не нужно представлять и Михаэля Лайтмана , которого  многие называют основоположником современной каббалистики и одним из главных пропагандистов Каббалы. То есть в абсолютно два противоположных лагеря , с тяжкой и неоднозначной эмоциональной историей противопоставления
И вроде сам диалог протекал так,что каждый остался в этих дебатах при своем, все вроде чисто, все адепты обоих сторон и в первую очередь прохановцы, довольны .
Но ! Аннушка уже пролила молоко....Встреча состоялась ...диалог пошел....а этого и  надо было масс медии ,потихонечку( как сам Проханов говорит о каббале- она пришла на мягких лапах  Лайтмана)  , идти к цели .

Еще 10 лет назад такое и представит  было невозможно

Еще полтора года назад надо мной смеялись ,тыкая мне  строчку моих Прогнозов 2010-2020 где было написанов разделе "Россия. Политика и экономика". :
- Россия более сближается с Израилем и в конце декады возможно  автономное присоединение последнего к России ,что даст потом возможность израильтянам входить законно в Думу, СФ и другие Гос .органы и Ведомства открыто активно участвовать в жизнедеятельности России ,с последующим мажоритарным влиянием де факто




Думаю ,что после ,как бы насаждения своих режимов в мусульманском мире  со стороны СевАмов , Израилю есть один только шанс -это прислонится к России. Ну и экономически тоже, ибо у  бывших попечителей итак проблем сейчас финансовых будет сполна
Израиль  сейчас, по мнению тех же американцев,  стоит на первом месте в списке 5 мест откуда надо бежать после падения доллара .
А  бежать то Израилю будет некуда....только к России

А что, зря что ли мы создавали эту страну в 1947 ???

 

Ps да и символики то уже давно обьеденены


2

Александр Шульгин: Что русским надо в Америке?

Опубликовал новую колонку во "Взгляде". Почитайте.

Официально их не принято называть русскими – официально их принято называть русскоговорящими американцами. Но они русские – и по корням и по языку, и по мыслям и по желаниям. Их 10 миллионов.
Collapse )